Как я научился драться за 30 секунд.

Мне довелось в свое время посетить приличное количество всевозможных семинаров и мастер-классов по разным направлениям художественного и не очень рукоприкладства. Подавляющее большинство из них носили в лучшем случае увеселительно-ознакомительный характер, руководствуясь девизом "Мы сделаем из вас Брюса Ли за 3 дня! Деньги в кассу". На них в течение 3-5 дней какой-нибудь очень маститый мужчина обучал толпу других (скорей мясистых, чем маститых) "супер-древним" и "гипер-эффективным" техникам рукопашного боя. Обычно было весьма забавно и сильно напоминало "обучение твисту" из "Кавказской пленницы".
В этой связи я с особым интересом и потаенной надеждой записался на трехдневный мастер-класс по хокутоки (японские бои без правил) Андрея Кочергина, человека, известного в определенных кругах наработками по бою на ножах и революционным подходом к психологической подготовке и темпам обучения.
Когда я поставил подпись, сдал деньги и оставил координаты, сотрудник клуба, где проводился мастер-класс, посмотрел на меня, как-то странно улыбнулся и сказал: "Ну теперь все. Праздник тебе обеспечен.. Готовься.". Это заинтриговало и насторожило.
В первый же день мероприятия я понял, почему.


День 1-ый: На татами, бабуины!

Мастер-класс начался с моей подписи под словами: "Я, такой-то такой-то, находясь в здравом уме и доброй памяти, решил принять участие в этом семинаре. За травмы, полученные мной на этом семинаре претензий к организаторам семинара не имею. Число, подпись". Круто.
Потом появился сам Кочергин - здоровый, абсолютно лысый дядька в красном кимоно с черными иероглифами и черным "Карпом, плывущим вверх по водопаду", символом доблести самурая.
И понеслась.
Первым упражнением и, пожалуй, главным символом мастер-класса, стало "стояние на одном кулаке до падения". Попробуйте встать в упоре лежа на один кулак, заложив второй за спину и не выпятив при этом пятую точку вверх. Сколько вы простоите? Минуту, полторы. Если две - вы серьезный мужчина. У нас на мастер-классе уже через 40 секунд начали дрожать от напряжения мышцы, через минуту все тело ходило ходуном. А надо стоять (не падать же первым в самом начале семинара). Тяжелее всего то, что у упражнения нет конца - стоять надо "до падения". Андрей Кочергин оказался очень "веселым и общительным" человеком, и сразу же принялся нас подбадривать устными, нецезурно-дружескими шаржами на наши жалкие трясущиеся телеса, откляченные вверх задницы и тоскливо-напряженные лица. Он честно нам сознался, что будет очень рад и доволен, если мы будем его ненавидеть на протяжении всего семинара. На третьей минуте нам было объявлено: "Если я не ору - я ничего не умею и не знаю. Орите, а то подохнете сразу, и мне станет скучно". Начали орать - действительно, полегчало (Если кто проходил в то время мимо окон зала, где все это происходило - наверняка испугался, что попал в 37 год, под окна здания НКВД). На какой-то минуте (не знаю какой) мне нестерпимо захотелось упасть. Предательский соблазн грохнуться, начавшись с одной маленькой мыслишки, очень быстро превратился в бурный поток и заполонил все сознание. Тут я увидел прямо над своим лицом круглую лысую голову, которая заорала так, что, если бы на моем месте был слон, - его бы унесло. "Не сметь падать!! Стоять, падла!!! Стоять! Попробуй упади мне только…" И я стоял. Стоял еще несколько минут, совершенно не понимая, как и откуда брались силы. В тот день я узнал, что могу стоять на одном кулаке 8 минут.
Я много чего еще тогда узнал и открыл.
Например, что удары по спине деревянной гимнастичекой палкой (Изумительное средство для усиления дисциплины и улучшения понимания, когда участники семинара проявляли недостаточную расторопность или сообразительность.) сильно болят лишь 3 секунды, потом о них забываешь. Или, что могу сделать больше 200 приседаний. Или, что могу столько простоять на борцовском мостике. Или что, если меня соберутся задушить поясом от кимоно два человека, уперевшись мне в торс ногами, как на перетягивании каната, - они не смогут этого сделать, пока я не перестану бороться.
Никогда не думал, что когда меня будут со всей дури бить по голове локтями 15 человек по очереди, я буду, крепко прижимая к голове предплечья, отвлеченно думать: "Если Кочергин сейчас не перестанет на меня орать, у меня лопнут перепонки".
Тренировка длилась 4 часа.

Вечером в тот день я заснул прямо в ванной.


День 2-ой: Вы думаете, вам было плохо вчера? Какая милая наивность…

Утром я с трудом сел на кровати и осторожно передвигался по квартире походкой "хочу в стационар".

Занятие началось со "столь полюбившегося вам" стояния на одном кулаке. Мало того, что мы смогли таки на него встать, так еще и результаты по времени показали чуть ли не лучше, чем вчера! Занятие проходило во вчерашней "увеселительно-бодрящей" атмосфере экстремальных физических нагрузок, отрабатывания ударов и психологических тренингов на волю к победе с упором на изучение основных ударов. А если мы слабо били или вяло соображали - получали деревянной палкой по спине. Вчерашняя крупноклеточная сеть синих полос на моей спине, заметно измельчала. Те, кто "злостно нарушал" указание бить сильно, становился в партнеры к самому Кочергину… …В общем, все искренне старались бить в полную силу.
Оказалось, что если удары выставлять на человеке, и тут же учится их принимать от него же - можно довольно быстро выучиться бить и принимать. Особенно, когда за "успеваемостью" следит здоровый лысый мужик с японскими татуировками на торсе и палкой в руках.
Как только я мысленно находил у себя на теле место, куда еще не попали - эта информация тут же устаревала.
Познавательный получился день. Очень познавательный.
И длинный. Очень длинный.

Кровать разбирать вечером мне было лень. И раздеваться было лень. И кушать было лень. Когда снимал в коридоре ботинки - упал. Подниматься было лень.


День 3-ий: Драться мы не умеем, но очень любим!

Подъем с кровати утром занял 30 секунд. Полминуты борьбы с огромным желанием просто с нее скатиться и вообще только ползать, не вставая. Мысль о предстоящей 4-часовой тренировке удивляла до потери аппетита.

С какой дикой радостью мы услышали в начале занятия, что "вашего любимого удовольствия стоять на кулаке вы будете сегодня лишены". Хотя радовались мы недолго. Был заключительный тренировочный день мастер-класса и он целиком посвящался практике. Мы дрались. Сначала бились по заданиям: одна серия ударов моя, другая - партнера. По традиции, слабость ударов и попытки щадить партнера карались жестко и неотвратимо. Прошел час, другой. Напарники менялись, количество и разнообразие ударов в сериях увеличивалось. Лица участников семинара, их кимоно, а так же татами (японский жесткий борцовский ковер) в зале все больше закапывались кровью из разбитых носов и рассечений. Очередное мое открытие заключилось в том, что самое страшное в том факте, что тебе что-то разбили - это то, что, залив глаза, кровь мешает обзору и ее очень трудно вытереть руками. Больше ничего страшного в этом нет.
В самый разгар веселья, меня поставили в пару с самым большим участником мастер-класса. Под два метра ростом, под центнер весом - мама, не горюй! Я стал тихо и горячо просить у высших сил быстрой и безболезненной смерти. Противник начал меня гонять и теснить. Зазвенело в голове, запутались мысли. Казалось, что куда бы я ни сунулся - везде меня достанут его длинные руки и тяжеленные удары.
И тут мне за 30 секунд было четко и ясно рассказано и показано, что "обалденно тяжелый и дюже жесткий" удар моего напарника становится таковым только в конечной своей фазе, возле моего лица, и если мне не удирать и отклоняться, а сокращать дистанцию и блокировать его руки еще до начала им активных действий - вполне можно жить. Я попробовал - получилось! Еще попробовал - опять получилось! Конечно, я не начал тут же с дикими криками гонять партнера по залу. Чудес не бывает. Но теперь мои улепетывания носили не безысходно-помогитектонибудь-отчаянный характер, а тактически-выжидательный.
В последний час у нас был организован маленький, "междусобойный чемпионатик" по хокутоки. Единственное, чего нельзя было делать - бить в глаза и позвоночник. Все остальное - пожалста! Бой длился 3 минуты или - до сдачи противника, невозможности вести им бой. До чемпионата мне казалось, что веселее уже некуда. Ан нет! Вот оно веселье-то самое где началось! Выступил я не сказать чтоб блистательно: один бой проиграл по очкам, второй был остановлен ввиду явного преимущества моего противника. Я не горевал и быстро утешился олимпийским принципом про "главное - участие" и двумя швами на лбу.
Но и этим дело не кончилось. Когда мы уже сидели на полу после "чемпионатика" и радостно ждали логического конца мастер-класса, Кочергин лукаво улыбнулся и сообщил: "Помните я сказал, что вы сегодня будете лишены удовольствия стоять на кулаке? Я вас наебал. Встали все на кулак!" Поверили не сразу, но когда поверили - встали. Мышцы начало сводить практически сразу, на татами под лицом закапала кровь из открывшихся ран. Но почему-то я стоял. И все стояли. Кто-то запел "Варяг". Остальные подхватили.
Завершилось все массовым братанием участников и нашими благодарностями хозяину мастер-класса, который, по выходу из своего "рабочего", "зверского" тренировочного образа оказался весьма положительным и прикольным дядькой.

Все кончилось, я ехал домой. И хотя даже просто переключение скоростей стоило мне немалых усилий и болезненных ощущений, я точно знал, если что или кто - вылезу из машины и сожру. Любого.

Хороший был мастер-класс. Самый полезный из всех. Ни один из рукопашных семинаров не дал мне столько силы.

Вечером заставил себя разложить кровать и застелить постель. Спал 15 часов.

    
 
Измаильский клуб
шотокан карате-до